– Флейм – вице-президент рекламной фирмы «Боланд и Хейз». Разумеется, всем известно, что ей приходится зарабатывать на жизнь. Хотя она и происходит из семьи одного из отцов-основателей самого Сан-Франциско, наследства ей фактически не осталось. Безусловно, ей приходится нелегко, но, смею вас уверить, она не слишком страдает. Последние знакомства оказались для нее весьма полезными.

– Вы имеете в виду Малькома Пауэлла, – догадался Ченс.

– Она самостоятельно распоряжается его рекламным счетом. И в последнее время многих интересует, чем еще в его жизни она может самостоятельно распоряжаться. – В ее голосе он различил нотки сомнения.

– Вы-то сами в это, похоже, не верите?

– Нет, – призналась она. – Как не верю и Дьедр, когда она утверждает, будто Мальком питает к Флейм чисто отцовские чувства. Однако что еще остается говорить жене с тридцатипятилетним стажем? Поверьте, если бы отец смотрел на дочь так же, как Мальком на Флейм, его бы арестовали. Он ее добивается, но пока не добился.

– Почему вы так уверены?

– Если бы у Флейм был с ним роман, она бы этого не скрывала. Не в ее стиле. – Жаки нахмурилась, словно была недовольна собой за столь невнятное объяснение. – Другими словами, если бы Флейм хотела вступить в связь с женатым мужчиной, она бы не испытывала ни стыда, ни угрызений совести.

– А как насчет того, второго? Ее новое увлечение?

– Эллери Дорн? Помилуйте! – Жаки хихикнула, затем пояснила: – Каждая замужняя женщина выбирает себе в кавалеры Эллери, когда муж почему-либо не может ее сопровождать. Он хорош собой, остроумен, мил, но… голубой. Удивлены? – Она бросила на него понимающий взгляд. – Не огорчайтесь. Мало кто умеет это определить сразу. Потому-то он так незаменим.