Однако она не успела на этом сосредоточиться, так как поймала на себе суровый взгляд Дьедр Пауэлл. Подобные взгляды были ей не в новинку. Большинство жен боялись ее как огня, особенно те, что постарше, вроде Дьедр Пауэлл, и за чьими мужьями тянулся длинный шлейф амурных похождений.

Как это часто бывает, Дьедр сумела сохранить брак, расточая взгляды и улыбки отнюдь не своему мужу; но в один прекрасный день она взглянула на себя в зеркало – и ее охватил панический ужас…

Теперь-то кожа у нее на лице была туго натянута, второй подбородок исчез, спрятались ранее выпиравшие скулы, морщины на веках разгладились, ее голубое креповое платье от Шанель свободными складками ниспадало по фигуре, почти такой же стройной, как прежде. Каштановые волосы вновь обрели живой блеск, если не считать белой полоски у самого лба.

Внутренняя жизнь этой женщины была адом. Интересно, знает ли об этом Мальком, подумала Флейм, а если да, то понимает ли? Вряд ли.

Этот алчный властный взгляд явно свидетельствует о том, что он хочет Флейм, однако – она прекрасно отдавала себе в этом отчет – это вовсе не означает, что он готов на развод. Для него эти две вещи никогда не были взаимосвязаны.

– Вот ты где, Мальком, – Дьедр подплыла к ним, сияя дежурной улыбкой и фамильными сапфирами Пауэллов на шее и в ушах. – Тебя только что разыскивал Сид Рэйберн. Может, это насчет встречи в яхт-клубе в четверг?

– Да, мне надо бы с ним поговорить. Где он? – Вскинув голову, он поверх Дьедр обвел глазами комнату.

– В последний раз я видела его возле столовой. – Она махнула в ту сторону рукой, унизанной кольцами.

Мальком заспешил прочь, как бы мимоходом коснувшись плеча жены. Когда она повернулась к Флейм, в ее взгляде мерцал едва уловимый огонек торжества.